Сегодня в России отовсюду можно услышать призывы к созданию семьи и рождению детей, ведь это — основа основ. Основа основ социального института, который исторически сформировался для обслуживания классовых интересов, а не «союз по любви» — и такое бывает, но это если повезёт. Правовая и финансовая функция семьи при капитализме регулирует контроль и передачу частной собственности, а также воспроизводство новой рабочей силы. Если для буржуазии это в основном первое, то для пролетариата — в основном второе.
Семья является своего рода микропредприятием, которое самостоятельно решает проблемы своего содержания и воспроизводства: жильё, питание, воспитание и образование детей. Если говорить о подавляющем большинстве населения, то есть о пролетариате, каждая такая семейная ячейка своим трудом приносит пользу всему обществу и особенно капиталу. Значение этого социального института сложно переоценить, однако специфика общественно-экономической формации с нарастанием внутренних противоречий уродует естественные отношения людей, делая каждого из них несчастнее, а общество в целом всё более атомизированным — семейные отношения приобретают товарную форму. Люди «продают» и «покупают» различные выгоды в личных отношениях, а финансовые вопросы определяют их будущее.
В докапиталистические времена семья была микропредприятием «в себе» — каждый её член выполнял свою хозяйственную функцию внутри этой ячейки, а детей рожали не для того, чтобы их любить и воспитывать, а в первую очередь для того, чтобы увеличить число рабочих рук и за счёт этого нарастить выгоду для всего микропредприятия. Грубо говоря, для успешной жизни в рамках исторического периода каждому человеку была необходима семья, ведь только так он мог обеспечить себе необходимые условия существования. Основные отличия современной семьи от феодальной или раннекапиталистической заключаются в эмансипации женщин и выносе производительной функции каждого отдельного члена общества за рамки семьи — теперь все работают в найме, а не на семейном участке земли, а у детей появляется детство в современном понимании, ведь уровень развития производства требует, чтобы они получали соответствующее образование, а не выполняли низкоквалифицированную работу руками с раннего возраста. Женщина больше не проводит всю жизнь в безальтернативной зависимости от мужчины, являющегося собственником всего имущества, и может выжить самостоятельно.
Несмотря на очевидно позитивный характер этого сдвига в обществе, включение женщин в наёмный труд и изменение специфики производства и детства человека уничтожает «традиционную семью», которую так жаждут вернуть консервативные пропагандисты, но забывают учесть, что прогресс неумолим и фарш развития производственных отношений обратно не провернуть. Теперь брак является полностью партнёрским предприятием, участие в котором люди принимают по желанию, а не потому, что в обратном случае они будут обречены ни нищету и смерть. Людям приходится в равной степени считаться друг с другом, что является положительным аспектом само по себе, но неизбежно приводит к конфликтам в контексте рыночных имущественных отношений. Кроме того, теперь дети — это не способ увеличить выработку продукта, за счёт которого живёт вся семья. Зачастую деторождение становится вложением в далёкое будущее, когда уже самим родителям потребуется обеспечение и «стакан воды» в пожилом возрасте. Безусловно, всё это не исключает субъективный момент любви в семье и выполнение заложенных в человека биологических функций, однако экономические причины оказывают не меньший эффект на репродуктивное поведение людей.
К каким же эффектам все эти изменения ведут на практике? Несмотря на потуги пропаганды традиционных ценностей и семейные льготы, в 2024 году в России на десять браков пришлось восемь разводов — страна заняла третье место в мировом рейтинге по количеству распадающихся семей. Советник генерального директора ВЦИОМ Елена Михайлова рассказала, что в основе этих показателей лежит снижение ценности официального брака и одновременно попытки граждан манипулировать семейным статусом для получения соцподдержки от государства — можно предположить, что без программ вроде семейной ипотеки новых браков было бы даже меньше, чем разводов. Несмотря на момент косвенного экономического принуждения к созданию семьи, ведь жить вместе обычно оказывается комфортнее и выгоднее, чем одному, брачный союз несёт беспрецедентные финансовые риски для обеих сторон. Люди всё чаще предпочитают совместный быт без оформления отношений — больнее всего это сказывается на детях, являющихся самым незащищённым звеном в этой цепи, ведь условиях их формирования напрямую зависят от созданной вокруг среды, которая в силу финансового состояния и уровня договороспособности родителей может оказаться крайне неудовлетворительной. Кроме того, люди оценивают друг друга не только как личностей, но и как «контрагентов» по «семейному бизнесу». Критерии отбора здесь могут быть самые разные, например, материальный статус, общественно одобряемая внешняя привлекательность, наличие или отсутствие детей от предыдущих отношений и так далее — то, что каждый из партнёров хочет «приобрести» на свои «вложения». Очевидно, такой товарный подход может вести к несчастливой совместной жизни. На фоне этих и других процессов, а также осознания гражданами своей финансовой несостоятельности, численность населения снижается — подробно о демографическом кризисе в РФ и его причинах мы рассказали в более ранней статье. Такие тенденции сегодня наблюдаются во многих развитых странах.
При этом опрос ВЦИОМ показал, что 87% россиян привлекает идея создания семьи, и 73% из них имеют ввиду именно официальный брак. Казалось бы, при таких показателях мы должны наблюдать брачный и демографический бум, но ситуация диаметрально противоположная — у населения при всём желании не получается создавать и сохранять браки. Невероятно, но 46% респондентов назвали причиной разрушения семьи финансовые трудности — безденежье и жилищные проблемы. При этом 50% россиян с низким достатком, которых, очевидно, подавляющее большинство, выделили бедность как основную причину семейного краха. Также в список популярных причин вошли измены, зависимости, недопонимание, отсутствие уважения, доверия и внимания.
Таким образом выясняется, что при отсутствии прямого экономического принуждения человека создавать семью и заводить детей ради новых рабочих рук в условиях классового общества размножение начинает сходить на нет, а брачный союз как-то не работает сам собой и распадается, когда все его участники базово автономны, могут уйти и всегда имеют ввиду материальные вопросы этого мероприятия. Брак для пролетариев оказывается финансово рискованной затеей, ведь в случае рождения детей и/или развода оба супруга несут значительные потери — кто именно здесь страдает больше всегда зависит от конкретной ситуации, но виноват в этом не партнёр, а общественный уклад, формирующий среду обитания. При этом на практике мы видим, что даже такая перспектива не спасает семьи от распада — по этому фактору можно оценить степень непримиримости противоречий, которые такое положение дел плодит в личных отношениях между людьми.
Кто виноват и что делать? Очевидно, причина кризиса института семьи лежит в капиталистическом способе производства, который является причиной обнищания пролетариата и формирования специфического общественного сознания, провоцирующего описанные выше трудности взаимодействия людей и восприятие человека человеком как товар во всех отношениях. Решение сложившихся к текущему моменту проблем семьи и демографии пролегает в смене общественно-экономической формации на более прогрессивную — такую, где супругам не нужно будет пересчитывать и делить материальные ценности, а издержки содержания, воспитания и образования детей возьмёт на себя всё общество, направив прибавочную стоимость от труда на благо населения, а не в карман «эффективным собственникам». Только перешагнув капитализм с его распределением материальных благ и особой способностью превращать в товар всё, что угодно, включая даже отношения между людьми, социум освободится от утомительной суеты по вопросам выгоды и сможет во всех аспектах проживать жизнь подлинно по любви.