Сахель — африканские Балканы
Африканский Сахель является одним из наиболее нестабильных и проблемных регионов континента. На протяжении всех постколониальных десятилетий местные государства сталкивались с рядом серьезных вызовов: межэтническая и межконфессиональная напряженность, пограничные споры, бедность населения, отсталость сельского хозяйства и промышленности, наконец, регулярное неоколониальное вмешательство французской метрополии и препятствование модернизации.
Двадцатые годы нового века страны встретили с осторожным воодушевлением. Волна военных переворотов ликвидировала профранцузские режимы в Мали, Буркина-Фасо, Гвинее и Нигере — пришедшие к власти популистские автократии с помощью обещаний, левой риторики и разрыва отношений с Парижем привлекли внимание населения. Новые хунты, получившие неофициальное прозвище «клуб полковников», организовали мероприятия по борьбе с сепаратистами и террористическими группами, а также социально-экономические акции по преодолению отсталости. Реальные продвижения на этом поприще оказались гораздо скромнее данных обещаний, однако усилия диктатур по внешнеполитической координации и, как итог, образование конфедеративного Альянса государств Сахеля привлекли интерес мирового сообщества.
Масштабное наступление в Мали
Так или иначе, сегодня общее ощущение успехов сахельской «тройки» начинает спадать. 25 апреля коалиция малийских радикальных исламистов и туарегского сепаратистского Фронта освобождения Азавада начала скоординированное наступление на позиции правительства Мали. Несмотря на долгий опыт гражданской войны, это нападение стало для армии большой неожиданностью: в первые дни войска потеряли ключевой город северного региона Кидаль. В это же время в центральном и южном регионах были совершены атаки исламистских боевиков; бои завязались даже в пригородах столицы Бамако — в ходе их отражения погиб министр обороны страны Садио Камара. В итоге регулярные войска смогли отстоять территории на юге и в центре. На севере ситуация сложилась гораздо менее благоприятно: после Кидаля туарегские силы взяли Тессалит — крупный населенный пункт — и фактически окружили последний оплот правительства в регионе — Агелок.
Совместная атака исламистов и сепаратистов подобного масштаба стала во многом уникальной для местного театра боевых действий. Так, было отмечено активное применение силами коалиции современных ударных беспилотников. Не менее важным стал факт высокой координации и слаженности ударов, а также подготовка тыловых атак для дезорганизации сил и руководства хунты. Все перечисленные факторы позволяют сделать вывод о вероятном участии внешних сил французского происхождения в подготовке наступления. Соответственно, события последней недели воспринимаются уже не просто как успешная военная акция, но как новый этап в империалистическом разделе Сахеля.
Развеянный дух прогресса и суверенности
В настоящий момент ситуация внутри Мали несколько стабилизировалась. После неудачной попытки блокады столицы исламистскими боевиками интенсивность боевых действий начала снижаться. Стоит признать, малийская хунта смогла избежать сирийского сценария, который предсказывали отдельные эксперты ещё в первые дни, однако нанесённый ей ущерб оказался колоссален. В наибольшей степени это актуально для армии правительства, показавшей свою низкую боеспособность и боевой дух. В первые дни наступления коалиции малийские военные бросили значительную часть используемой техники, а также оставили в Кидале боевые склады, содержавшие бронетехнику, стрелковое оружие и даже ракеты. Нередким явлением стала сдача в плен малийских солдат. Переломить ход событий и удержать центральные районы от обвала помогло лишь прямое вмешательство российского Африканского корпуса.
Продемонстрированная слабость местной армии ожидаемо вызвала вопросы о состоятельности самой военной хунты. Постановка вопроса понятна, ведь низкий боевой дух напрямую связывается с провалом популистской концепции малийской «прогрессивной автократии». С момента захвата власти в 2021 году военная хунта во главе с Ассими Гоитой не смогла выполнить по существу ни одно из своих политических и социально-экономических обещаний. Мали остаётся одним из наиболее бедных африканских государств, коррупция сохраняет повсеместный характер, включая армию, а весь пафос антиколониальной риторики обернулся лишь сменой французских ресурсных компаний и военных баз на российские ресурсные корпорации и российское военное присутствие. В таких условиях вялая и зачастую безразличная реакция населения и армии на антиправительственные мероприятия является закономерным следствием политической импотенции.
Наконец, репутационный ущерб по ряду причин понесло не только правительство Мали, но и его союзники по Альянсу государств Сахеля — Буркина-Фасо и Нигер. Так, в ходе наступления радикальные исламисты заняли стратегически важный участок малийско-нигерской границы вместе с населенным пунктом Лабезанга, при этом две соседние военные хунты не смогли оказать какой-либо существенной поддержки союзнику в Бамако. Как и в случае с Мали, причина лежит не только в военно-политической, но и в экономической плоскости: несмотря на громкие программы модернизации в духе Тома Санкары, в реальности режимы Буркина-Фасо и Нигера не смогли преодолеть комплексную отсталость.
Таким образом, реальные возможности Альянса, позиционировавшегося до последнего момента как «новый африканский центр силы», оказались скованы дезорганизованностью и слабостью членов, фактически удерживающих свои места за счет внешней поддержки. В это же время на смену романтизму, связанному с риторикой сахельских «прогрессивных автократий», приходит разочарование широких масс.
Новое противостояние и его вызовы
Несмотря на разные интерпретации происходящего, аналитики сходятся в одном — имевшее место наступление коалиции является лишь началом нового этапа борьбы между крупнейшими мировыми игроками за сахельский регион. Занятые туарегами и исламистами рубежи уже сейчас позволяют планировать дальнейшие действия, включая атаки на южные и центральные регионы — опору режима. Более ощутимые риски создаются и для соседних стран, так как укрепление исламизма в Мали неминуемо будет сопутствовать увеличению террористической активности в других регионах.
В новых условиях особое значение имеет дальнейшая политика Бамако, Альянса и его северного покровителя. Как было отмечено ранее, залогом крепкого правительства и сильной национальной армии может быть лишь последовательная прогрессивная социально-экономическая политика. Ключом к выживанию малийской «тройки» может стать лишь тектонический сдвиг от популистской риторики к реальным действиям по переустройству собственных стран. Впрочем, учитывая компрадорскую сущность сахельских автократий, а также традиционные подходы их внешнеполитического союзника, представить подобный сценарий крайне сложно. В таком случае Мали, а затем Буркина-Фасо и Нигер могут повторить судьбу асадистского режима уже в ближайшие годы.