спецназ и морская пехота
через остров Харк
порты, острова, ядерные объекты
заражением всего Персидского залива
США грозятся уничтожить энергосистему Ирана. Тегеран — разгромить всю нефтегазовую инфраструктуру экспортёров Персидского залива. Ормузский пролив заблокирован. Мировая экономика накренилась.
Дальнейшая эскалация не принесёт ничего, кроме политического хаоса, экономического коллапса и гуманитарной катастрофы — независимо от того, чья авантюра победит.
К концу подошла третья неделя войны в Иране, однако конфликт лишь продолжает растекаться по региону. Полномасштабные бомбардировки американо–израильской коалиции, несмотря на свой беспрецедентный размах, не уничтожили Исламскую Республику; напротив, ответные действия Тегерана подожгли весь Ближний Восток, что не только подтолкнуло цены на энергоресурсы, но и накренило всю мировую экономику.
Нельзя не заметить: общая непродуманность авантюрной внешней политики администрации Дональда Трампа дала свои плоды. Многочисленные призывы к свержению режима аятолл от американского президента и лидера шахской оппозиции принца Резы Пехлеви остались без ответа со стороны подвергаемого бомбардировкам персидского большинства. Не проявили желания стать авангардом американской агрессии и многочисленные курдские партии, демонстрируя явное недоверие к дипломатическим увертюрам Вашингтона после сирийского предательства. Именно поэтому по мере углубления войны на повестку дня в Белом доме встал вопрос о прямой наземной интервенции.
Карта ударов по военным базам и объектам нефтегазового сектора
Подобный вариант впервые возник в политической среде ещё в начале конфликта, когда стало очевидно, что одних бомбардировок недостаточно для свержения исламистского режима, а массовое выступление иранской оппозиции так и не состоялось. Тем не менее очертания будущая интервенция стала обретать после установления блокады Ормузского пролива и критического роста цен на энергоносители. С этого момента высшему руководству США стало ясно, что только сухопутное вторжение и установление контроля над стратегическими территориями может сдвинуть с мертвой точки конфликт, всё более приобретающий очертания катастрофы.
На данный момент в районе Персидского залива американские наземные силы специального назначения насчитывают не более 2 тысяч человек; помимо этого, с востока в сторону Аравийского моря ускоренно движется знаменитый 31-й экспедиционный отряд морской пехоты США в составе 2,2 тысячи человек и УДК «Триполи». В воздухе спецподразделения готовы поддержать авиакрылья специальных операций, на море — десантные корабли и авианосная ударная группировка.
Как можно заметить, американские сухопутные силы в регионе сильно ограничены численно, по причине чего разговор о полномасштабном вторжении, как то было в Ираке, не идет. Согласно сообщениям американских СМИ, на столе президента США находится несколько планов ограниченной интервенции, смысл которых не в полном разгроме сил Тегерана, а в лишении его доступа к стратегическим ресурсам и территориям. Так, в виде основных целей в планах фигурируют следующие объекты: город-порт Бендер-Аббас, острова Харк, Кешм и Киш, а также ядерный объект в Натанзане и даже атомная станция Бушер.
Бендер-Аббас, прикрываемый островом Кешм, является крупнейшим портом Ирана. Помимо этого, он находится на стыке Персидского и Оманского заливов, что делает его важнейшим пунктом для деблокирования Ормузского пролива. Остров Харк представляет больший экономический интерес, ведь именно через него проходит до 90% всей иранской нефти. Захват острова стал бы сокрушительным ударом по шатающейся экономике страны. Остров Киш занимает менее видное положение в иранской экономике, однако здесь сосредоточено крупнейшее иранское месторождение газа и важные военные объекты. Что касается ядерных объектов в Натанзане и Бушере, то их значимость связана с проводимой Тегераном ядерной программой. Теоретический захват в Натанзане обогащенного урана и прочего оборудования мог бы стать не только заметным ударом по иранским возможностям, но и сильным пиар–ходом Вашингтона.
Как бы то ни было, каждый из описанных сценариев несет в себе большие риски как для США, так и для всего Ближнего Востока. Проведение «ограниченной интервенции» звучит успокаивающе для общественности, однако в реальности несет множество рисков. Завоевание плацдармов на островах и побережье может превратиться в настоящую мясорубку, особенно в условиях отсутствия господства в «малом небе» (т. е. беспилотниках), что в свою очередь потребует ещё большего расширения наземной интервенции.